Рейтинг@Mail.ru

Александр Круглов (Абелев). Афоризмы, мысли, эссе

СЛОВАРЬ

На главную страницу сайта  |  Приобрести Словарь  |  Гостевая книга

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  Па  Пр  Р  Са  Со  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я    ПРИЛОЖЕНИЯ: Что такое 1) гуманизм 2) разум 3) достоинство 4) призвание 5) природа человека   ИЗБРАННОЕ  СЛОВНИК

ЦЕЛЕСООБРАЗНОЕ | ЦЕЛОЕ | ЦЕЛОМУДРИЕ | ЦЕЛЬ | ЦЕЛЬ ЖИЗНИ | ЦЕЛЬ И СРЕДСТВА | ЦЕЛЬ И СРЕДСТВА (дополнения) | ЦЕЛЬНОСТЬ | ЦЕНА | ЦЕННОСТИ (СИСТЕМА ЦЕННОСТЕЙ) | ЦЕННОСТЬ | ЦЕННОСТЬ И ИСТИНА | ЦЕННОСТЬ И СВЯТЫНЯ | ЦЕННОСТЬ И ЦЕНА | ЦЕРЕМОННОСТЬ | ЦЕРКОВЬ | ЦИВИЛИЗАЦИЯ | ЦИНИЗМ, КИНИЗМ, НИГИЛИЗМ

ЦЕЛЕСООБРАЗНОЕ

– всё действительно способствующее достижению поставленной цели – игнорируя вопросы о достоинстве этой цели или о возможности упустить другие, может быть не менее важные, цели;
– рациональное, экономное.

Целесообразное – это разумное в некотором отношении, и завораживающее этой разумностью, но могущее быть предельно неразумным вообще, в каких-то явных или неявных и куда более существенных отношениях.

• Всё разумное целесообразно, но не всё целесообразное разумно.

• Маньяки – рыцари целесообразности.

• «Цель не оправдывает средств»: целесообразность не оправдывает преступлений. – Впрочем, преступления и не «целесообразны», если цель – человек.

• Приличные люди поступают хорошо, подлецы – целесообразно.

• Целесообразность способна на куда худшие глупости, чем сама глупость!

ЦЕЛОЕ

– полное, насчитывающее весь стандартный набор своих составляющих; неповреждённое;
– нечто многообразное, рассматриваемое (выступающее, способное выступать) как единое; многое, составившее одно, и (глядя извне) переставшее быть различимым в нём, а (глядя изнутри) подчинившее себя ему;
– гармоничное.

• Критиковать легко. Постарайся только проигнорировать целое, как все частности сами собой предстанут нелепыми.

• Образ – это эстетическое целое.

• Подлинный анализ не разбирает целое на части, а выясняет соотношение частей в нём, то есть скорее конструирует – выясняет конструкцию.

• Смысл чего-либо – это указание на то целое, в которое это что-то входит составляющей. И только живое имеет смысл для самого себя – само своё целое.

• Целое не разбирается на части, вне его они войдут, смотря по ситуации, в какое-то другое целое и станут значить что-то другое.

• Целое наделяет части своим значением – в одних случаях одаривая их, в иных – грабя… – Государство – это тот случай, когда сумма частей – то есть индивидов – стоит безмерно большего, чем их целое.

• Государство – это люди? – Нет, государство – это самостоятельный организм, столь примитивный по биологическим меркам, что в нём регенерирует даже голова, но имеющий больше власти на людьми, чем люди над ним имеют… Это целое, куда менее значимое, чем составляющие его части.

• Более всего жертв приносит человек идолу целого.

• Достойное человека общественное целое – не государство, а человечество.

ЦЕЛОМУДРИЕ

– это инстинктивно-мудрое избегание преждевременного опыта (который может помешать развитию, испортить).

Для архаично-религиозной души всякая опытность равносильна испорченности, и здесь целомудрие –

– достоинство неискушённости. Категория религиозного мировоззрения, для которого естественное, «земное», тождественно грешному, так что всё божеское (лучшее) в человеке может проявляется в нём лишь при условии неведения естественного, неопытности.

Или, в более светском варианте –

– «чистота неискушённости», то есть по неведению; «ещё-не-испорченность». Состояние до знакомства с реальными земными отношениями, могущими быть и чистыми и грязными, а потому имеющее святое право на бережное и уважительное отношение к себе.

• Дурак либо наивен, либо испорчен.

• «Дураки, умнея, становятся негодяями» (Аркадий Давидович).

• «Чистому всё чисто»: эти слова знаменуют великий переход от религиозного морального сознания к морали человечности. Если моральный универсум верующего делится для него на божественное-чистое и земное-грязное, то изрёкший эти слова сознаёт, что чистым можно и должно быть и в земном.
«Чистому всё чисто»: «первородное» не грех, всё действительно естественное в нас чисто. Примерно то же, что «в здоровом теле здоровый дух».

ЦЕЛЬ

– «конечная причина», – способностью порождать каковую из причин порождающих отличаются живые одушевлённые существа.

ЦЕЛЬ ЖИЗНИ

– так сказать, практическая переформулировка вопроса о смысле жизни.

• Во всём мы ищем либо удовольствия, либо пользы, либо – когда ни того ни другого не находим – смысла.

• Невозможно ответить на вопрос о смысле жизни вполне искренне – видимо, определённая неискренность содержится в нём самом. Ибо нам важен вообще не смысл жизни – она сама свой смысл, – а утешение в смерти. Некоторое утешение может дать сознание, что цель, которую в жизни преследовал, выполнена.

• Ответ на вопрос о смысле жизни никогда не будет вполне удовлетворительным, потому что никогда не будет вполне удовлетворяющим.

• Мы живём для того, чтобы жизнь продолжалась.

• Для индивида смысл существования – в личном бессмертии, но природа видит этот смысл в бессмертии рода. Она права, и осознание этого для нас благотворно, но…

• Вопрос о смысле жизни возникает лишь ввиду смерти, и теоретически неразрешим, поскольку жизнь сама составляет свой смысл. Но его можно переформулировать в практическое: на что, ввиду смерти, лучше всего потратить отпущенное время?

• Цель жизни – замена её смысла, которого, возможно, и нет…

• Цель – суррогат смысла?..

• Цель жизни – это смысл жизни, который мы пытаемся ей придать.

• Цель жизни, во всяком случае, даёт смысл жизни на каждый день и позволяет не задумываться о её общем смысле или бессмыслице…

• Цель жизни позволяет отвлекаться от вопроса о её смысле.

• Не найти такой цели жизни, которая бы составила – исчерпала – весь её смысл. Смысл жизни в самой жизни, а не в том, на что можно её употребить. Но… Но она конечна и утекает, именно как песок сквозь пальцы, не давая ни за что в ней зацепиться... Значит, самое лучшее, что мы можем поделать – это посвятить свою жизнь, в согласии с планами природы на нас, жизни человека вообще – другому, другим, человечеству. То есть посвятить её некой благородной цели.

• Бог – это идея некоей беспредельной сверх-жизни, включающей в себя наши ограниченные временем жизни и таким образом составляющей их смысл, как целое составляет смысл своих частей. От человечества как смысла, в этом плане, Бог отличается тем, что не прощается с индивидами, а человечество – увы…

• Коль скоро мы различили цель и смысл жизни, и смысл, хоть и проблематичный, поставили выше цели, – одну практическую рекомендацию мы можем из этого вывести: цель жизни должна помогать смыслу жизни, а не отбирать его у неё. То есть, если ваша цель заставляет вас упускать жизнь, что-то не так.

• Если тебе хорошо без цели жизни, возможно, ты чувствуешь её смысл…

• Когда я ничего не делаю, я не чувствую, что жизнь проходит зря. Но я чувствую, что убиваю её, когда делаю не то, что сам хочу.

• Совета спрашивают, понятно, о том, как достичь какой-то цели. А умный совет, как правило, в том, что надо сменить цель.
Умные советы дуракам ни к чему.

• Как честно заслужить то, чего хочешь, бывает всегда более или менее ясно; советы требуются, как получить то, чего не заслуживаешь.

• Призвание – найденная цель жизни, она же – смысл.

• Призвание – это даже не любимое дело, а дело, вне которого жизнь – маета.

• Несвойственное нам дело, конечно, редко удаётся; и когда оно всё-таки удаётся, то начинает казаться свойственным… до первой неудачи.

• Призвание познаётся в неудаче.

• Призвание писателя – в первую очередь интерес к бытию, а потом уже собственно записывание. Призвание писать – это графомания.
(Нечто похожее, конечно, можно сказать и о художнике, композиторе…)

• Призвание не обманывает. Хотя может и погубить.

• Борьба за свободу не может стать целью нормальной жизни, это – либо трагедия, либо нелепость. Нельзя ведь жить для того, чтобы рваться и кричать: «пустите!», «не мешайте!», «не трогайте меня!»…

• Кое-кто борется за свободу слова и тогда, когда она наличествует: те, кому нечего сказать.

• Всего в этой жизни можно добиться, если заплатить за это больше, чем оно того стоит; вернее всего – если отдать всё… Именно это в конце пути мы и обнаруживаем.

• За всё в этой жизни приходится переплачивать.

• Ощущения чего-то несбывшегося не избежать, в конце концов, ни тому, кто ставил перед собою цели – всё равно, сбылись они или нет, – ни тому, кто их перед собой и не ставил.

• Цель жизни? – Это «куда я» в ответ на «кто я».

ЦЕЛЬ И СРЕДСТВА

Переход к статье «Цель и средства»

ЦЕЛЬ И СРЕДСТВА (дополнение)

• Цель не оправдывает средств: понять ли это как «моральная цель не оправдывает нарушения моральных правил»? – Если верить Христу – то оправдывает, и это будет называться: «не нарушить, а исполнить», и – судить «по плодам».
Вот тут-то всё и объясняется. «Слово найдено»: не моральная цель, а моральный плод важнее моральных правил. Ибо «цель» – это ещё далеко не плод, не результат; цель – это в любом случае только возможность, а средства – это уже зримые, совершённые «плоды»…

• «Моральная цель (моральный результат) не оправдывает нарушения моральных правил» – значило бы по сути то же, что «буква морального закона важнее его духа». Самое дикое в этом то, что, в виду недобросовестности человеческой природы, даже последнее утверждение бывает верным. Не есть ли право (закон) – абсолютизация этого принципа?

• «Цель не оправдывает средств»: полезная цель не оправдывает злых средств. То есть никакие блага не оправдывают насилия.

• Насилие есть худшее зло. «Цель не оправдывает средств»: никакое зло, кроме насилия, не оправдывает насилия. Тем более – никакое предлагаемое добро…

• Все знают, что боль и смерть – зло для каждого, а вот что такое счастье для каждого, и существует ли таковое вообще, не скажет никто или скажут только маньяки… А посему, идти ко всеобщему счастью, сея страдания и смерть – …

• Очевидно, не стоит осуществлять несомненное зло ради добра, которое ведь всегда сомнительно. – Очевидно, не стоит претворять зло в действительность ради добра в возможности.

• Если говорить о коммунистическом опыте, то здесь совершенно сомнительная в моральном плане цель (относительно которой даже не было общего согласия!) требовала несомненно аморальных средств. Эта цель не оправдывала сама себя, о средствах можно и не говорить…

• Практически всегда, когда ставится вопрос о «цели и средствах» – с какой очевидностью заявляемая цель не оправдывает самое себя! А мы ещё погружаемся в размышления о том, оправдывает ли она средства…

• Благими намерениями оправдывают реально чинимое зло… Так, как будто практическая суть этих намерений – выступать оправданием зла…

• Никакая привлекательность цели не оправдывает аморальных средств. Это и есть мораль: не бери чужого, даже если оно тебе очень нравится (а если бы чужое никогда не нравилось, то не было бы и нужды в морали)…

• Нельзя взвешивать добро на одних весах с выгодой, но на одних весах с другим добром – необходимо. – Ценности абсолютны в сравнении с полезностями. Но иерархия самих ценностей всё-таки существует, никуда от этого не деться. Например, на войне приходится предпочитать человеческую жизнь произведениям искусства, или многие жизни одной, и т.д.

• Признав существование иерархии ценностей – а не признать её невозможно, – мы тем самым признаём необходимость предпочтения одних хороших целей другим хорошим же целям, а значит – и оправдываем некоторыми добрыми целями некоторые дурные средства…

• Перестало ли воровство быть воровством, если, скажем, оно действительно необходимо для спасения чьей-то жизни?.. Как хотите, назовите, но только – берите в таких случаях чужое, чтобы добро не перестало различаться от зла…

• «Цель не оправдывает средств»: нельзя делать реального зла ради возможного добра. Но выбирать из двух реальных зол приходится, а это и значит делать зло, имея в виду добро – оправдывать «целью» «средства»… Но не забудем: речь идёт о коллизии, ситуации шантажирующей, когда, отказавшись от выбора, мы дадим победить злу худшему и, может быть, заслужим этим проклятье…

• Ясно отдавать себе отчёт в том, что неразрешимые моральные проблемы, требующие предпочтения меньшего зла большему, существуют – совершенно необходимо. Потому что иначе нам придётся называть зло добром, а это значит – терять сами критерии добра и зла.

ЦЕЛЬНОСТЬ

– то же, что гармония: счастливая способность сохранять в различиях лицо.

В применении к человеку –

– гармония ценностей человека друг с другом и с его характером, равновесие активного и рефлективного в нём. Неизменная верность себе, сила характера: внутренняя непротиворечивость как моральная характеристика.

Да, такая непротиворечивость – характер – категория для морали немаловажная, ведь мириться с конфликтом ценностей в себе – значит, субъективно, смириться в себе с недопустимым, – с пороком. Объективно же (для других) человек противоречивый по меньшей мере неудобен. Твоя понятность для других – цельность – уже, для них, некоторое достоинство.
…И есть цельность, как –

– до-рефлективное состояние (примитив)…

• Проблема цельности не стоит перед примитивом – он целен, даже если во всём себе противоречит. Конфликта ценностей он не ощущает, потому что ориентирован не на них, а на потребности, которые не сомневаются, даже если толкают в пропасть. Подлинная цельность – это плод раздвоенности, – рефлексии…

• Вопрос, бьющий по нашей исходной примитивной цельности: прав ли я?

• …Цельность, как убедительная упрощённость.

• К «цельному» человеку нет претензий, даже если он плох, как не обижаются, скажем, на корову, если она бодается: просто принимают меры предосторожности, и всё. – Цельный защищён тем же, что и глупый, – «что с него возьмёшь».

• От своего характера никому никуда не уйти, – каждый поневоле целен. А собственно цельностью называется, всего чаще, несложность для понимания…

• Если твою цельность раскалывают чьи-то доводы, это прекрасно. Если – чья-то воля, – это плохо. Чужое мнение вправе влиять на твоё мнение, чужая воля на твою волю – нет.

• Можно отказываться от убеждений, но не от себя… Но где граница?

• Нужно быть верным своим убеждениям, пока в них веришь, – это-то и называется верностью себе.

• Упорству многое позволяется.

• Эстетическое восприятие гармонично, – цельно. Поэтому лириками бывают в юности и в зрелости, минуя сложный переход из первого состояния в последнее – из цельности наивной, через рефлексию, в цельность умудрения.

ЦЕНА

– степень пригодности вещи к обмену, выраженная в каком-либо эквиваленте. Стоимость вещи, определяемая не твоей личной, а среднестатистической, для данного места и времени, заинтересованностью в ней;
– жертвы, приносимые нами целям; потери, связанные с обретениями.

ЦЕННОСТИ (СИСТЕМА ЦЕННОСТЕЙ)

– комплекс врождённых и приобретённых, безотчётных или в разной мере сознаваемых (составляющих частное мировоззрение) предпочтений человека (во многом общих и с животными), стимулирующих и ориентирующих всю его свободную жизнедеятельность:

это интересы сохранения жизни, это благополучие и удовольствия, это радости познания, творчества и служения жизни вообще (добру), и ещё – те ценности, причастность которым даёт человеку возможность себя одобрять, уважать.
В лучшем варианте, последние должны вполне умещаться в ценности добра.
Однако для большинства людей ценности, обеспечивающие им самоуважение, в основном определяются социальными установками. Так что социальные установки человека выступают нередко как синоним самих его ценностей. В их число всегда входят, если не ошибаюсь, ценности благополучия – которое ведь в социуме уважаемо – а главное религиозные, идеологические (в тоталитарных социумах) и традиционные установки: так называемые идеалы, святыни.

ЦЕННОСТЬ

– это то, что составляет для нас одновременно и радость и долг.

Именно и «долг»: имеется в виду некоторая независимость от нашего субъективного расположения. Развивая определение, ценность –

– это самоценное вне нас, в меру нашей способности ощущать таковое (в меру преодолённого эгоцентризма) становящееся самоценным и для нас.

Самоценное – значит уникальное (неповторимое, незаменимое, индивидуальное) и реальное (не условное, объективное). Таковым в этом мире является –

– жизнь, во всех её проявлениях: в живых существах, в том, что им нужно или дорого, в их личностном, в памяти, остающейся о них…

Самоценно – и то, что может быть для нас лишь целью, но не средством. Это –

– то же, что идеал или святыня (в религиозном и метафорическом смыслах).

Ценность бесценна. Но, путая «бесценное» и «дорогое», называют ценностью –

– предмет, имеющий очень высокую цену; мерило, эталон цен...

• Мы ощущаем важность чего-то для нас, – его цену; затем дорастаем до сознания, что эта важность предмета существенней нашего отношения к нему, и вот эта-то существенность, проявившееся самоценное, называется ценностью. Ценность чего-либо – это, так сказать, его этическая сущность.

• Ценность – морально объективна.
Это не субъективная цена, которую мы придаём вещи, и не социальная условность, предлагающая свои прейскуранты. Речь идёт не о предметности, а о важности, но безотносительна и таким образом объективна сама эта важность. Ведь жизнь, которая и есть ценность, основа всех прочих ценностей – важна сама по себе. Возникающий вопрос о смысле жизни – будто вопрос об объективности ценности, – и всё же эта объективность аксиоматична; мы тщимся доказать аксиому…

• Есть в природе объективная ценность, то есть – самоцель. Это – всякая жизнь. Всё живое от неживого отличается тем, что является само себе целью, – это вещь особого рода: стремящаяся, во что бы то ни стало, себя сохранить.

• Есть лишь одна ценность – Жизнь; все другие – то, что ей служит. Поэтому не может быть других (истинных) ценностей, кроме гуманных. Поэтому же, кстати, гуманность распространяется на всё живое, а не на человека только.
А косвенное доказательство этого положения – следующее. Любые «ценности», на деле отрицающие жизнь, зажигают людей отражённым огнём истинной ценности, ценности жизни. Даже если они будят в человеке зло, их вывеска – добро, якобы служение жизни же. Так, если Ницше учит «падающего толкни», то ради того лишь, конечно, чтобы расчистить дорогу более сильной жизни… И Гитлер – оздоровлял человеческую породу… Нет ксенофобов, но все – патриоты…

• Святыни – ценности, табуированные для личного разумения. Так религия отвлекала дикаря от эгоцентризма, признающего лишь полезное; на его разум она ещё не могла рассчитывать. Увы, невозможность критического удостоверения святынь делает обычным то, что губительными оказываются сами святыни...
Ценность – десакрализованная, удостоверенная разумом святыня.

• Ценность – это всё то, чему мы желали бы существовать вечно.

• В разряд нигилистов попадают и люди, знающие, что истинные ценности существуют, и – может быть, легкомысленно – отвергающие иллюзорные. Как будто общее подспудное убеждение в том, что ценности и суть иллюзии.

ЦЕННОСТЬ И ИСТИНА

Переход к статье «Ценность и истина»

ЦЕННОСТЬ И СВЯТЫНЯ

Переход к статье «Ценность и святыня»

ЦЕННОСТЬ И ЦЕНА

Переход к статье «Ценность и цена»

ЦЕРЕМОННОСТЬ

– подчёркнутая, скрупулёзно отдающая дань принятостям вежливость; полностью формализованная, ритуализованная вежливость – в которой подлинной вежливости (уважения к ближнему) может и не содержаться.

• Вежливость вырабатывает свои церемонии, в которых её самой уже не остаётся, зато пренебрежение коими – бесцеремонность – невежливо…

• Вежливость распадается на деликатность (неформальную, почти доброту) и церемонность (полностью формализованную).

• Вежливость, в иерархиях, особенно церемонна: иерархии ведь сакральны, а вежливость – отправление этого культа, ритуал.

ЦЕРКОВЬ

(от «круг», – круг посвящённых)

– религия как социальный институт, идеологическое и даже прямо политическое объединение – с характерной авторитарной структурой и тоталитарным (теократическим) идеалом, которым поступаются, в силу абсолютности религиозной истины (или того, что полагается истиной), лишь тактически (до поры).

• Христос отделил религию от государственной власти («Богу – Богово, кесарю – кесарево»); церкви до этого дела мало. Но и отделив церковь от государства против её воли, мы получаем лишь особое государство в государстве.

• …Не беспокойтесь: теократию может установить лишь сам Бог, которому вы ведь возражать не станете. Правда, в этом ему поможет его партия, церковь, – когда он к этому её призовет… то есть при первой возможности.

• Церковь? – Это всевышний политиканствует.

• По мере роста в церковной иерархии, личная воля иерархов становится всё более божественной, и так вплоть до непогрешимости.

• Вне церкви пути к Богу нет, учит церковь. Сам Бог (Христос), напротив, учил, что где соберутся во имя его двое или трое, там и церковь, – т.е. что властная структура вере не нужна. Причина разногласия очевидна: у церкви, как у всякого социального образования, первая задача – самосохранение, и положение обязательного посредника между людьми и Богом в этом смысле, конечно, максимально выгодное.

• Мень будто бы сказал, что церковь нужна затем же, зачем, к примеру, нужны университеты: законы физики, как и божьи, ведь тоже можно открывать индивидуально, но разумнее воспользоваться достижениями других… Аналогия эта, однако, не проходит. Профессор не властвует над умами студентов, а обращается к их умам, предлагая удостовериться во всём лично (что и значит – понять, усвоить). Наставник же требует именно веры – подчинения.

• В присутствии Бога прилично разве что молчать и слушать… Тот, кто верит в Бога, никогда бы не посмел вещать от его имени. Тем более запугивать им.

• Церковь, прямо по Вольтеру, – выдумывает Бога, как если бы его не было.

• Церкви никак не избежать этого невыносимого соединения – духовного и политиканского (интимного и площадного).

• Церковь – то самое фарисейство.

• Христос вступил в борьбу с фарисейством, его казнили и, сколько могли, фарисеизировали – «воцерковили».

• «Каждая церковь – камень на могиле Богочеловека: ей непременно хочется, чтобы Он не воскрес снова» (Ницше).

• Церковь (и всё ей подобное) – вот крыша от вечных вопросов. Коллективная самозащита от Бога…

ЦИВИЛИЗАЦИЯ

– то, что отличает сравнительно развитое общество от первобытного,

а именно –

– наличие в обществе системы социальных институтов, обеспечивающих
а) гражданские (юридические, регламентированные законом) отношения между своими членами, сменяющие непосредственные властные и традиционные отношения, и
б) разделение (сложную организацию) труда, благодаря коему люди пользуются тем, чего ни один из них не мог бы произвести непосредственно своими руками – выводящее общество на качественно более высокий уровень жизни.

«Цивилизованное общество» – это, особенно в «западном» понимании, общество, фактически признавшее интересы своих членов (гарантию от взаимного насилия и благополучие) целью собственного существования, и соответственно поддерживающее Законность и Технологии.
Самое «сниженное» понимание цивилизованности –

– наличие развитой индустрии удобств (так называемых «благ цивилизации»).

Иное значение «цивилизации» –

– тип культуры (уже не первобытной) –

«греческая», «китайская», «современная» и т.д. цивилизации; это, так сказать, те разные направления, в которых, в своём социальном строительстве, уходили люди планеты от первобытного состояния.
Однако и право и научно-технический прогресс – обе важнейшие составляющие цивилизации – космополитичны; это заводит, в конце концов, всякую цивилизацию в конфликты с традиционными национальными культурами, делает их её духовными врагами; и это же, на каком-то высшем уровне, и роднит её с подлинной, всемирно-универсальной, общечеловеческой культурой
Этим сложным отношениям между ними посвящено следующее эссе – «Традиция, цивилизация, культура».
(Есть и ещё проблема: чем цивилизованней народ, тем ближе его масса к культуре, но и, увы, тем ниже культура опускается к массе…)
В выражении «человеческая цивилизация», она –

– не просто биологическая жизнь на планете Земля, а жизнь, взявшая свою судьбу, насколько это вообще возможно, в свои руки.

ЦИНИЗМ, КИНИЗМ, НИГИЛИЗМ

Переход к статье «Цинизм, кинизм, нигилизм» (другое название: «Кинизм, нигилизм, цинизм»

 

Рейтинг@Mail.ru


Сайт управляется системой uCoz